Главная arrow Электронная библиотека arrow Статьи arrow Алексеева В.И. АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ СУХОВО-КОБЫЛИН (1817 – 1903)
16.07.2018 г.
Алексеева В.И. АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ СУХОВО-КОБЫЛИН (1817 – 1903) Печать

 

Александр Васильевич Сухово-Кобылин (1817 – 1903)

 В.И. Алексеева

заведующая научно-просветительским отделом

 Государственного музея исследования космоса им. К.Э.Циолковского

 Русский дворянин Александр Васильевич Сухово-Кобылин родился в тульском имении Кобылинке. Умер во Франции, в городе Болье. В юности окончил математический факультет Московского университета, прослушал курсы лекций в Гейдельбергском и Берлинском университетах. Был хорошо знаком с А.Герценом, Н.Огаревым, И.Гончаровым, встречался с Л.Толстым, Н.Гоголем, А.Григорьевым. Н.Некрасовым, Д.Григоровичем, А.Чеховым. В Германии до такой степени увлекся идеями Г.В.Ф.Гегеля, что в течение двадцати трех лет переводил на русский язык его основные труды, а свое собственное философское учение счел завершающим разделом гегелевской «Энциклопедии философских наук».

Прижизненных публикаций философских трудов не было. Сами идеи не распространялись и не пропагандировались. Они никак не могли соперничать по степени известности с тремя блистательными пьесами, ставшими русской классикой: «Свадьба Кречинского», «Дело» и «Смерть Тарелкина». Драматург Сухово-Кобылин затмил философа, и, видимо, его самого такое положение дел вполне устраивало. Может быть, он рассуждал примерно так же, как Николай Федорович Федоров, не желавший при жизни издавать «Философию общего дела».

Сухово-Кобылин указывал, что единственным и абсолютным предметом философии является человечество, его прекрасное будущее, совокупность его грядущих потенций и ликов. Однако в действительности развил учение о бытии (Всемире), учение о человеке, учение об обществе и его составляющей техносфере. Основными характеристиками его философии являются эволюционизм, развитие через триады; прогрессизм в становлении человека и общества; выход человечества на космическую арену действия с развитием его духовности. В учении присутствует религиозная составляющая. Человечество, достигшее высшего развития, становится богоподобным.

Известно, что Сухово-Кобылин представлял себе цивилизационное развитие в виде трех основных стадий. Теллурическое, земное человечество заключено в границах земного шара. Солярное выходит в пределы Солнечной системы. Сидерическое, всемирное обитает в бесконечности Вселенной. При этом вся история человеческого рода являет собой процесс исхождения материи в дух, процесс разумного боговидения, бесконечного ближения к Богу. Именно становление духа как становление разума, развитие сознания есть основное содержание исторического процесса. И лишь формой, демонстрирующей эти стадии развития, становится пространственный масштаб. Здесь проходит та же мысль, которой были привержены Н.Ф.Федоров и К.Э.Циолковский: Вселенная есть дом человечества. Выход в космос неизбежен, как неизбежно взросление и возмужание; но лишь повзрослевших и возмужавших он примет. Детство же свое надо провести на скромной планете по имени Земля.

Логика мыслителя устанавливает прямое соответствие между преобладающим типом человека и типом самого общества. Чувственному человеку соответствует земное общество; рассудочному – солярное; разумному – звездное. Чувственный человек с его неразвитым мышлением непосредственно воспринимает мир вокруг себя как механическую сумму отдельных событий и процессов, а общество – как толпу. В отдельных людях он наблюдает столкновение их частных интересов, борьбу противоположностей. Думается, что под чувством и чувственностью Сухово-Кобылин подразумевал страсти, и считал восприятие мира сквозь их покров поверхностным и искаженным. Подобно буддистской теории, которая находит омрачения-клеши главным препятствием на пути видения истины, он считал чувственность той преградой, которая мешает прозреть единство мира. Чувство воспринимает только разницу, противоположность, множественность. Мир, распадающийся в сознании человека на сумму противоречивых явлений, становится бессмысленным.

Согласно закону тождества бытия и мышления, которого как истинный гегельянец придерживался Сухово-Кобылин, пределы развития общества задаются пределами развития мышления человека. И как мы видели, мышление непосредственно зависит от развития духа. Итак, неверное познание мира соответствует несовершенному типу общества, напрямую отражается в межличностных отношениях. Применяя свою теорию к реальной истории человечества, он привел несколько примеров. Так, теллурический, чувственный тип воплотился в античном обществе с его канонами телесной красоты, увлечением спортом. Культура ограничивалась тренировкой тела, гимнастикой. Тело было и гордостью, и славой. Античная душа являла собой лишь зерно зарождающегося духа. Древние эллины были юношами человечества, а греческий мир был миром ребячества, миром юности.

И главной чертой человека было отсутствие знания о едином Боге, что отразилось в многобожии античности. Однако Сухово-Кобылин отдавал должное тем личностям, которые прозревали истину. Гераклит, по его мнению, столь «явственно и изумительно» видел Бога и указал на основные законы природы, что его учение не устарело по сей день. Учение Анаксагора о том, что разум правит миром, он считал зерном всей современной философии. Сократ был первым реформатором, потребовавшим от античного мира познать самого себя. Платон усмотрел Бога в качестве архитектора вселенной. Иисус из Назарета своим великим сердцем видел Бога.

Локальный бог, бог поместный, пребывающий лишь в храме, ограниченный и конечный, созданный наивным человеком по своему образу и подобию, имеет ли отношение к Богу? Обрушиваясь на подобный тип мышления, Сухово-Кобылин не стремился отрицать его – действительность невозможно отрицать. Он хотел лишь показать, что на стадии чувственного восприятия невозможно остановиться. И время, когда человек еще не знает беспространственности и универсальности мирового духа, должно уйти навсегда.

В современном ему общественном устройстве XIX века Сухово-Кобылин находил признаки второй стадии общественного развития, признаки солярного рассудочного человечества. Может показаться странным, но даже солнечное человечество в представлениях автора далеко не было совершенным. Рассудочный тип человека характеризуется индивидуализмом, сепаратизмом, жаждой наживы. Познание феноменальной стороны мира, множественности разрозненных вещей и явлений даже на этой стадии не дают возможности проникнуть умственным взором в глубину цельного бытия. Царствует дуалистический рассудок. Он анализирует и разделяет, он препарирует действительность. Типичным представителем солярного человечества является человек обыденный, конечный, эмпирический. Он еще не поднялся до логического богопознания, до понимания бесконечности мирового бытия.

Для Сухово-Кобылина схоластическая философия, догматическое богословие и атеизм представляли собой однопорядковые феномены по уровню рассудочного мышления. Силы разума «рассудочники» еще не знают, а неуправляемую чувственность человека преувеличивают или абсолютизируют. Эмпирия рассудочников формирует свой тип общества. Так римско-католический схоластический мир и механико-материалистическая философия Нового времени, сколь бы далекими ни казались друг от друга, имеют определенное сходство. Конкретно-чувственное эмпирическое мышление нуждается в однозначных знаках-символах, в символике власти, будь то абсолютизм или демократия. Но особенно ярким примером является папская власть, прижавшая человеческий дух жестокой догмой. Главную причину этого положения вещей Сухово-Кобылин видел в конкретном мышлении большинства людей. Они переносят свойства Бога на человека, облеченного властью; они замещают авторитет Бога авторитетом папы; они замещают ценности подлинного духовного бытия богослужением. Подлинное еще не доступно человеку, еще не видимо для него. Отсюда вырастает жесткая властная вертикаль, и прежде всего духовная власть человека над человеком, авторитет должности.

Дуализм как раскол сознания непосредственно отразился на картине мира. Дуализм стал формой как схоластической философии, так и католической религии. Многое раздвоилось. Земля с ее земной жизнью стала противоположна небу и небесной, загробной жизни человека. Власть раздвоилась на духовную и светскую. Политическое общество распалось на духовных и мирян. Знание разделилось на истинную веру и ереси. Неправильное, поверхностное понимание мировых устоев породило не только многочисленные расколы социального плана. Оно породило озлобление, страх, отчаяние. Оно породило анархические и нигилистические настроения, волну самоубийств, охватившую не только Россию, но и европейские государства в конце XIX века. Оно же породило расовую ненависть, пресловутый еврейский вопрос. Сухово-Кобылин называл антисемитизм безумным походом бессильных на сильных. Только сильная нация могла дать миру иудаизм (религию культуры и духовного совершенства), Библию, учение Иисуса Христа.

Даже рассудочная философия породила некоторые виды лжи, например, причинно-следственное учение и субъект-объектную парадигму. Что же смущало мыслителя в этих позициях? В дихотомиях «причина – следствие» и «субъект – объект», которыми широко пользовалась классическая наука, как-будто нет особого порока. А вот и ответ на наш вопрос. «В этой несчастной Философии и Бог мертв, ибо он для нее вне Мира, и Мир ничтожен, ибо он вне Бога, и Категории мертвы, и Роды взаимочужды, ибо друг в друга не исходят…» (3, л. 111). Плохи не сами категории, а отношения между ними. Раз и навсегда отведенные для них места в нашем сознании, отсутствие взаимных переходов, отсутствие диалектики, живого движения. Вспомним, к чему привело одно только учение об активном субъекте – человеке и объекте – природе, долженствующей предоставить хозяину жизни все свои богатства в одностороннем порядке. И только сегодня с высоты, скажем, синергетической парадигмы, мы можем оценить провидение философа XIX века. Телеологическое учение уже давно сошло с арены современной философии, да и субъект-объектные отношения оказались на обочине истории.

Универсализм в понимании мировой истории сближал позицию Сухово-Кобылина с мыслителями, которые перешагивали государственные, национальные и этнические границы, и прежде всего с Л.Толстым. Национальное самосознание подвергалось им критике как ограниченное, разграничительное. Национальное становится антинациональным, если делает упор на свою исключительность. Качество национального сознания такого рода философ сравнивал с абсурдом признания русской, французской или эфиопской арифметики. И здесь он выступал как космист, для которого прогресс состоял отнюдь не в разворачивании физической экспансии в физическое пространство космоса. Прогресс состоял в другом, в появлении такого свойства в самосознании людей, которое привело бы их к согласию. К согласию внутреннего, душевного, а не организованного внешним образом.

Однако вернемся ко второй стадии развития общества. Возникает многообразие социальных структур. Формируются этносы, нации, государства. Возникает плюрализм мировоззрений, то есть в целом происходит дифференциация общества, проявляется частное, особенное. В космических масштабах могут возникать ряды солярных человечеств, прикрепленных узами пространства к своим солнечным системам. Признавая историческую закономерность этого этапа развития, Сухово-Кобылин считал, что рано или поздно он должен быть преодолен.

В недрах религиозной истории он усматривал признаки зарождения высшей, третьей стадии. Высоко ценил учение и практическую деятельность Лютера, который, по мнению философа, усмотрел местопребывание Бога в глубине человеческого духа. Расценив этот акт познания идеального как великое открытие, как соединение божественного и человеческого, он увидел в нем высшую форму развития разума. Разум человека, наконец, обретает познание бесконечного, познание единой сущности всех вещей. Разум видит неизмеримо дальше рассудка. Сущность кажущихся «экстремов»-противоположностей он видит тождественной, а их противоположность внешней преходящей формой. Синтез выступает в качестве наивысшей мыслительной операции, и именно она является познанием истины. Приближение к Богу происходит через познание высших законов бытия; и они же становятся законами общественного развития. Осознанная отнесенность человека к Абсолюту изменяет ход социальной действительности, поскольку внутреннее определяет внешнее; духовное саморазвитие определяет социальное бытие. Так Божья община, сходная с градом Августина Блаженного, возникает только в том случае, если люди познали духовное единство мира.

Каков же переход от рассудочного человечества к разумному; каков переход от одного типа общества к другому, в терминологии Сухово-Кобылина – от солярного к сидерическому? Этот вопрос приводит нас к проблеме политической революции. Можно ли перейти от низшего к высшему, от несовершенного к совершенному через кровавый переворот? Нет, утверждает мыслитель. Революция есть политическая реформа, изменяющая внешнюю политическую отнесенность человека к человеку. Система внешних социальных отношений должна изменять свой характер вследствие внутреннего духовного переворота. А теперь задумаемся: возможно ли, чтобы духовный рост сопровождался насилием и кровопролитием?

Люди совершают революционные акты, исходя из своей собственной воли, не зная или игнорируя естественные законы истории, а ведь основным, глубинным содержанием исторического процесса является «исхождение материи в дух». Такие революции обычно сопровождаются насилием и не являются нормальными, они есть акты человеческого невежества. В частности, Сухово-Кобылин упрекал народовольцев в том, что они навязали обществу тактику уличного социализма, тактику ломки и потрясений. Разбойничьими приемами он называл террор, грабеж, уличный бой, гильотину. Собственно, акты насилия представляют собой тот критерий, по которому возможно отличить революцию или политическую реформу, навязанную обществу. Если и необходимо бороться, то не с кинжалом и динамитом, а с Библией в руках.

«Здесь я укажу только на основное положение этой философии, что в мире только рациональное долговечно и устаивает, что мировой процесс совершается по абсолютному, логическому, т.е. божественному закону, и следовательно, что для разума, иже и есть абсолютная сила, ни динамита, ни револьверов НЕ НАДО. Вся эта арматура уличного грубого социализма есть тупоумие и зверство. Разум истории, как абсолютная сила, в истории и без револьверов справится. Я всегда считал и теперь считаю, что всякое насильственное Вмешательство индивидуальной, чьей бы ни было, Воли в Поступание как народного, то есть усобного, так и общечеловеческого Духа законопреступно. Во-первых, оно преступно против Разума как Логики событий; ибо не внешней Пертурбацией этого логического, стало  необходимого, стало спокойного Хода, а лишь оным Законом Саморазвития, то есть внутреннею Работою Мышления совершаются истинные шаги в историческом Процессовании Человечества. А во-вторых, оно преступно против в Обществе наличествующих социальных Форм как таких Моментов Духа, которые в дальнейшие еще не изведены и, следовательно, еще не упразднены, и как осенняя Листва еще не опали» (3, л.4).

Однако революции могут быть необходимыми, вписывающимися в ход исторического саморазвития. Но в таком случае их основным признаком будет отсутствие насилия. Скорее, сам ход определенных общественных процессов изменяет ситуацию в нужном направлении. Летнюю листву срывают, но осенняя опадает сама. Те человеческие расы, которые подошли к необходимости внутренней духовной реформы, станут орудием человечества, окажутся во главе всемирного процесса. Суть же внутренней трансформации заключается в познании Абсолютного духа и обретении его самой человеческой натурой. На этом пути подлежат преодолению  как чувственные представления о Боге (папский католицизм), так и деизм (французский революционный атеизм XVIII века).

Высшая ступень развития общества представляет собой воплощенный в людях, реализовавшийся абсолютный дух. «Ибо, если мы станем исследовать, что такое есть мы, которые можем все; что от нас отлично, положить как не-Истинное; то нам станет очевидным, что Натуру нашу составляет не Протяженность, ниже Фигура, ниже Место, но исключительно только Дух или его, Духа, Деятельность, то есть Мышление» (3, л.130). Сухово-Кобылин опирался на авторитеты Декарта, Спинозы, Фихте, а мне вспомнилось начало песни Ади Шанкарачарьи «Тад Нискала»: – Я не являюсь ни умом, ни интеллектом, ни эго, ни читта, ни ушами, ни языком, ни чувством обоняния и зрения, ни эфиром, ни воздухом, ни огнем, ни водой, ни землей. Я есть вечное блаженство и сознание…

Человек был возведен мыслителем на высочайшую ступень. «Человечество в своем высочайшем моменте есть < > сам вездесущий и всесильный Бог» (6, с.35). Со временем телесность трансформируется, плоть станет невесомой. Проявится истинная природа человека – сверхчувственная, сверхпространственная, невидимая. Он станет пребывать везде, и человечество освободится от кандалов пространства. Локальные солярные общества сольются в звездное человечество.

«Я верю, чую, что скоро этот высший Интерес к Истине проснется, – конечно, не в полных Желудках ожиревших Классов Общества; а в чистом Сердце Людей, окрепших в Работе Мышления, о которых так высоко и прямо сказано в Писании: «Блаженны чистые Сердцем, яко тии Бога узрят. Иное Светило иного Дня взойдет над этим Жаждою Наживы и всяческой Суетою терзаемым Миром. Мне сдается, что страшная рассудочна Ночь прошла, что Заря нового Дня наступает, и спекулятивное Солнце, то есть светоносное Солнце Разума, уже от Горизонта не далеко. Люди начали усматривать вокруг себя иные Предметы,  иные высшие Цели, и потому иные Желания и иные Наслаждения» (3, л. 8-9).

Универсализм в понимании мировой истории приводит Сухово-Коюылина к позиции, сходной с мировоззрением Л.Н.Толстого и П. Сорокина. Национальное самосознание подвергается критике в качестве носителя разделительного принципа, и в этом смысле оно антинационально. Наличие национального сознания он сравнивает с абсурдом признания русской, французской или эфиопской арифметики. Интегралистская позиция космистов перешагивает границы любых позиций, несущих потенциальные возможности разделения людей как все то, что необходимо преодолеть на пути к становлению единого общества.

Собственно эта стадия человечества характеризуется как оформление многообразия социальных структур, в том числе и наций; это момент разделения человечества на пространственную, этническую, мировоззренческую множественность. В космических масштабах это ряды солярных человечеств, еще не связанных в целостность, поскольку они прикреплены к своим планетам узами пространства. Признавая историческую закономерность этого этапа, он подвергал критике проявления признаков такого общества, в частности, в западно-европейской цивилизации Нового времени и 19 века, указывая на них как на подлежащих преодолению. В недрах религиозной истории человечества Сухово-Кобылин усмотрел начало зарождения высшей, третьей стадии в учении и практической деятельности религиозного реформатора Лютера. Заслугой Лютера явилось то, что он усмотрел, по мнению философа, местопребывание Бога в центре, в глубине человеческого духа, тем самым соединив человека и Бога в человеческом сознании и в практике общественного строительства. Расценив этот акт познания идеального как величайшее открытие, превосходящее все, что было доселе сделано в философии, он сделал это цельное знание источником развития высшей стадии человеческого общества.

Каждый этап развития общества характеризуется своими техническими возможностями, своими способами полета. Косному теллурическому человек не доступно ни воздушное, ни космическое пространство; такой человек пребывает ниже животных и птиц. И это физическое положение, отведенное ему природой, имеет и нравственное значение. Солярное человечество использует велосипед, железнодорожный вагон, искусственное крыло. Все эти средства символизируют начало преодоления пространства, начало будущих органических крыльев. Сидерическое человечество состоит из людей, обретших статус духа. Такой человек бестелесен и имеет абсолютную свободу передвижения. Сам пространственный материальный космос трансформируется, пространство теряет свою силу.

Склонный к математической интерпретации своих идей, Сухово-Кобылин ввел обозначения для главных этапов становления бытия: 0 – 1 – ∞ . Нуль, единица и бесконечность не только обозначают, но и характеризуют три периода. Начальный этап, обозначенный нулем, являет собой чистую потенцию будущего мира. Бог существует наедине с самим собой. Единица обозначает появление и существование материи. Это мир материальных форм, мир природы и человека. Формы множественны и, по всей видимости, разделены между собой. Единица как символ этого мира в действительности показывает, что он состоит из великого множества единиц. Человеческое сознание воспринимает его именно так, и в обществе преобладает самость: единицы и незначительные конгломераты единиц мыслят только самих себя. Бог пребывает наедине с природной и человеческой множественностью.

Знак ∞ обозначает переход к бесконечности. Математическая множественность уступает место духовному единству. Энергия чистого мышления человека сливается с природой и логическим чистым бытием – Богом. Всемир приходит к высшей точке своего развития. Это проявленное духовное бытие, преображение мира единиц. Ход представленного философом развития совпадает с христианской онтологией, хотя, возможно, сам автор ее и не придерживался. Это бытие до начала творения, бытие материального мира, и, наконец, бытие после акта преображения. Любитель гегелевских триад, подобным образом Сухово-Кобылин мыслил все типы развития.

Генезис духа начинается только с появлением человека, и ему отводится огромная роль в эволюции мира как единого целого. Ведь бессознательная природа не может породить и развить сознательное, духовное. Сама природа не может непосредственно перейти к высшей стадии существования. Именно человек занимает срединное место между бессознательной природой  и высшим сознанием – Богом. Человек с его двойственной природой телесности и духа становится связующим звеном в процессе всеобщего развития. Бесконечность духа влияет на конечность протяженной материи и приводит к ее полной трансформации.

В чем же разница между тремя способами познания, из которых лишь один является истинным? Чувство чует, ощущает, непосредственно воспринимает, то есть не проникает в суть. Рассудок воображает, представляет себе вещи. Он не способен глубоко мыслить, следовательно, не мыслит бесконечного. Разум вещи мыслит, и лишь разум проникает в суть. Сущность вещи представить себе нельзя, но ее можно и должно мыслить. Ни чувство, ни рассудок не обходятся без мышления. Однако чувственность есть ощущающее мышление; рассудок есть анализирующее мышление; разум есть  синтезирующее мышление. Чувственность и рассудочность во всем находят двойственность, противоречия. Рассудок, по выражению мыслителя, дуалист. Он различает, рассекает, мертвит. На смену аналитическому мышлению неизбежно должно прийти синтезирующее.

Только разум синтезирует и живит, видя противоположности тождественными, а противоречия между ними – поверхностными и преходящими. Соединение противоположностей в высшем третьем – таков истинный способ познания действительности. Поэтому разум назван Сухово-Кобылиным триалистом и монистом. Царства чувства, рассудка и разума не противоречат друг другу, но в ходе исторического развития сменяют друг друга. И не было бы в чувственном и рассудочном периодах становления ничего плохого, если бы они безвозвратно уходили в прошлое. Однако эмпирики возрождаются вновь и вновь, и, суетясь в бесконечной пестроте феноменального мира, игнорируют высшие знания.

Определенную роль в философском учении Сухово-Кобылина сыграл дарвинизм. Философ изложил свое понимание дарвинизма рукописи 1899 г. «Философские письма или этюды спекулятивной философии в ее поступании за гегелизм». Он полагал, что абстрактно-логические категории Гегеля наполнились эмпирическим содержанием во второй половине XIX века благодаря теории Дарвина. Александр Васильевич с похвалой отзывался об основателях позитивизма (Конт, Спенсер) и ученых-эволюционистах (Геккель, Лайель, Гексли и др.), видя в них носителей эмпирического знания, которое наполняет конкретным содержанием и его собственную разумозрительную спекулятивную философию. Он считал, что человеческая история развивается за счет появления пар гениальных личностей, одна из которых является носителем идеализма, абстрактной теоретической мысли, а другая – эмпиризма, конкретных естественнонаучных данных, подтверждающих теорию. Такими парами выдающихся личностей он считал Платона и Аристотеля, Коперника и Лютера, Лейбница и Ньютона, Гегеля и Дарвина.

 

По глубокому убеждению философа, теория Дарвина фактически подтвердила умозрительные или глубоко интуитивные представления не только о происхождении человека из животного ряда, но и о его эволюции как духовного существа. «…степень универсальной Инволюции высших организмов Зоологии в человеческий мыслящий организм, каковое Учение талантливый профессор Геккель назвал антропогенией, – то есть генезисом человеческого рода из низших животных Форм представляет для спекулятивной Философии существенный Акт, эмпирически подтверждающий Положение этой Философии относительно исхождения бессознательных форм зоологического ряда в высшую сознательную форму Человека, или об исхождении Природы в Дух».

 

Согласно его теории триад мировое бытие проходит три основные этапа становления: чистое бытие мирового духа Бога, становление природы – материальной части мира, обретение природой духовности, развитие духа в природе и его обращенность, приближение к Богу, то есть духовное усовершенствование природы. В соответствии с этой точкой зрения развитие самой природы проходит три стадии: бесформенная материя (эфир); оформленная, организованная материя (живой организм); высшая степень организации организма (человек как мышление и дух). Это универсальный переход от хаоса к космосу, упорядочиванию и усложнению однозначно интерпретировался им как переход от материи к духу. Заслугу Дарвина Сухово-Кобылин видел прежде всего в том, что роды животных были им представлены как поступающий, восходящий, усложняющийся ряд, а человек в этом ряду занимал высшее место. В этом учении он видел прямое доказательство того, что животный организм исторически исходит в высший человеческий и далее – в «превысший», чисто духовный. Три стадии исторического развития проходит и сознание человека, эта троичность непосредственно коррелируются с этапами общественного развития. Чувственному человеку–зверю соответствует земное человечество, рассудочному типу человека – солярное человечество, разумному человеку – сидерическое, звездное как высший этап становления социальности. Эволюция физического мира природы разворачивается как «эналлакс» (переход, перевал) в сферу всемирной истории; природное достигает такой стадии развития, когда оно готово обрести социальную форму. Историческое является закономерным высшим этапом развития природного.

 

Сухово-Кобылин настаивал на цельности знания и цельности различных сторон действительности: логическое (теоретическое) знание, естественнонаучное (эмпирическое), психологическое, социологическое не просто являются гранями цельного знания, но и сливаются, переходят друг в друга. Таким образом должны соединиться в познании единой действительности логическое и эмпирическое знание, то есть дарвинизм и разумозрительная философская теория самого Сухово-Кобылина. Философия в понимании Сухово-Кобылина выступает верифицируемой теорией, которая рано или поздно должна найти фактическое обоснование. Однако Чарльза Дарвина он считал скромным, осторожным, близоруким человеком, полагая, что английский естествоиспытатель не сделал всех возможных выводов из того огромного эмпирического материала, которым владел.

 

А.В.Сухово-Кобылин принимал в теории Дарвина следующие идеи. 1. Естественное происхождение жизни во всех ее формах и во всем ее многообразии (в противоположность догматической христианской версии творения). Эта альтернатива была актуальна во второй половине XIX в. Казалось, что она объясняет механизмы развития природного мира более аргументировано, убедительно и научно по сравнению к догматическим богословием с его теорией происхождения человека. 2. Эволюционизм, идею однолинейно направленного эволюционного прогресса. Вектор космического эволюционного процесса направлен от хаотического состояния природы к организованному, в частности, в виде сложных живых структур; от простого к сложному; от низших ступеней развития природы и общества к высшим. В учении Сухово-Кобылина эта мысль фундировалась прогрессистской теорией разворачивания мирового духа у Гегеля. 3. Проективность человека как ключевой фигуры в развитии мира. В понимании Сухово-Кобылина это восхождение человека по пути духовности (чувственный, рассудочный, разумный человек) как его восхождение к Богу, «исхождение в дух», и даже отождествление высокоразвитого человека с Богом. Согласно его убеждению, одухотворенное человечество и есть Бог.

 

Корпус философских сочинений Сухово-Кобылина не дошел до нас полностью, часть архива сгорела. Сохранившееся наследие хранится в Российском государственном архиве литературы и искусства (Москва), фонд 438.

 

Источники

 

1.        Русский космизм: Антология философской мысли. М.: Педагогика-Пресс, 1993. – 365 с.

2.        Соколинский Е.К. А.В.Сухово-Кобылин. Библиографический указатель. СПб.: 2001.

3.        Старосельская Н. Д. Сухово-Кобылин. – М.: Молодая гвардия, 2003.

 

Труды А.В.Сухово-Кобылина

 

1.        Сухово-Кобылин А.В. Рукописи. Философские сочинения. Философия духа или социология. III том, 1875-1888. – ЦГАЛИ. Ф.438. Оп.1. Ед.хр. 154.

2.        Сухово-Кобылин А.В. Философия духа или социология. III том, 1893–1899. – ЦГАЛИ. Ф.438. Оп.1. Ед. хр.143.

3.        Сухово-Кобылин А.В. «Философские письма или этюды спекулятивной философии в ее поступании за гегелизм». I том, 1899. - ЦГАЛИ. Ф.438. Оп.1. Ед.хр.56.

4.        Сухово-Кобылин А.В. Рукописи. Философские сочинения. Негегелизм. Учение Всемира. II том, 1889–1902. – ЦГАЛИ. Ф.438. Оп.1. Ед.хр.92.

5.        Сухово-Кобылин А.В. Картины прошедшего. Л.: Наука, 1989.- 358 с.

6.        Сухово-Кобылин А.В. Учение Всемир: Инженерно-философские озарения. М.: СЕТ, 1995. – 120 с.

7.        Русский космизм: Антология философской мысли. М.: Педагогика-Пресс, 1993. – С. 52-63.

 
  К началу страницы