Главная arrow Электронная библиотека arrow Статьи arrow Панов А.Д. СИНГУЛЯРНАЯ ТОЧКА ИСТОРИИ И ПОСТСИНГУЛЯРНЫЙ ГУМАНИЗМ
06.12.2021 г.
Панов А.Д. СИНГУЛЯРНАЯ ТОЧКА ИСТОРИИ И ПОСТСИНГУЛЯРНЫЙ ГУМАНИЗМ Печать

Сингулярная точка истории и постсингулярный гуманизм *

 

А.Д. Панов

 

Я начну с нескольких замечаний относительно темпов развития человечества. Даже поверхностного взгляда достаточно, чтобы прийти к заключению, что чем дальше, тем историческое время идет быстрее. Качественные изменения в структуре человечества происходят во все возрастающем темпе. К тому же выводу можно прийти, если проследить за ростом различных количественных показателей земной цивилизации, таких как, например, численность населения или энергопотребление. Возникает вопрос: до каких же пор может продолжаться это ускорение?

Если попытаться выделить в истории человечества ряд последовательных качественных переходов (будем называть их фазовыми переходами), то получится удивительная картина. Оказывается, длительности последовательных фаз истории сокращаются с хорошей точностью в соответствии с геометрической прогрессией с показателем 2.7. Это значит, что каждая последующая фаза в среднем в 2.7 раза короче предыдущей. Однако в таком темпе история может ускоряться лишь конечное время. Где-то во времени должен существовать предел, вблизи которого темп истории, выраженный в частоте фазовых переходов, должен был бы достигнуть бесконечности. Но в истории бесконечные величины недостижимы. Поэтому существует предельная дата, вблизи которой этот режим ускорения должен оборваться. Это ясно видно на графике, на котором отложены последовательные точки фазовых переходов человеческой цивилизации (рис. 1). Нетрудно оценить и положение этой предельной точки –­ ­точки сингулярности истории. Анализ дает 2015 год плюс-минус примерно 20 лет. Где-то в районе этой даты режим роста скорости истории в соответствии с геометрической прогрессией обязан завершиться и смениться чем-то существенно иным – математика не оставляет нам альтернативы.

Приведенный анализ не является особенно надежным, так как точки фазовых переходов истории не определяются вполне однозначно. Но к тому же выводу можно прийти в результате анализа, например, скорости роста населения Земли.  Уже давно известно, что численность населения Земли растет (точнее, росла примерно до 80-го года прошлого века) по гиперболическому закону, который формально приводит к бесконечному значению – сингулярности – вблизи 2030 года. Дата момента сингулярности, полученная по закону роста численности населения, практически совпадает со значением, полученным по последовательности фазовых переходов истории. К выводам о сингулярности в историческим развитии можно прийти на основе анализа и целого ряда других величин, характеризующих динамику развития человечества.

Разные методики дают предсказание положения точки сингулярности с разницей в 10–30 лет, но почти все они указывают на первую половину XXI века. Поэтому почти с полной определенностью можно заключить, что первая половина XXI века играет совершенно особую роль во всей истории человечества. В этот период, который можно назвать эпохой  сингулярности, и в который мы уже вошли, характер эволюции человечества должен претерпеть глубочайшие изменения. Человечество должно выйти из эпохи сингулярности совсем другим.  Нам пока не дано предсказать детали постсингулярного будущего, однако кое-какие общие закономерности прохода сквозь точку сингулярности могут быть поняты уже сейчас. Об этом я хотел бы кое-что сказать.  Я буду иметь в виду прежде всего некоторые гуманитарные аспекты проблемы, которые представляются достаточно важными, так как они имеют несомненное прикладное значение уже сейчас.

Я начну с обсуждения некоторых аспектов досингулярной, более или менее хорошо известной истории цивилизации. Я уже говорил о том, что человечество в своем развитии проходит через последовательность качественных фазовых переходов. Кое-что известно и о механизме этих фазовых переходов.  Фазовые переходы происходили далеко не случайно, но являлись результатом преодоления различных кризисов, которые периодически возникали в развитии цивилизации. После преодоления каждого такого кризиса цивилизация приобретала качественно новые черты и переходила к поддержанию равновесия на качественно более высоком уровне. Поддержание равновесия на более высоком уровне означает, что со временем цивилизация становилась все менее устойчивой, поэтому в каждой новой фазе для поддержания устойчивости цивилизации требовались все большие и все более изощренные усилия.

Как мы уже видели, точка сингулярности по своей природе является концентрацией фазовых переходов, то есть одновременно и точкой концентрации кризисов. И действительно, совершенно независимо от представлений об эпохе сингулярности сейчас многие говорят о вхождении цивилизации в эпоху системного кризиса, когда в один тугой узел сплетаются множество кризисных процессов. Это и сырьевой, и энергетический, и демографический, и культурный, и другие кризисы. Можно сказать, что сингулярность истории связана с системным кризисом цивилизации, который завершает всё многомиллионолетнее развитие человечества, когда эволюционные кризисы возникали лишь с определенной периодичностью.  Системный кризис вблизи сингулярности – это своеобразный кризис самого предшествующего кризисного развития, кризис кризисов.

Теперь предположим, что человечеству удастся успешно преодолеть эпоху сингулярности истории и оно войдет в постсингулярный период своего развития. Что можно сказать о таком человечестве? Прежде всего, так как преодоление каждого криза включает новые нетривиальные механизмы поддержания равновесия, то совершенно очевидно, что преодоление кризиса сингулярности должно привести к колоссальному скачку в силе и сложности таких механизмов. Эти новые механизмы являются сохраняющими реакциями, которые человечество должно суметь выработать для поддержания равновесия в новых постсингулярных условиях. Теперь я хотел бы обратить внимание на одну характерную черту этих сохраняющих реакций, связанную с представлениями об этике и гуманизме.

Прежде всего нужно сказать несколько слов о природе этики и гуманизма.  Человек – существо, лишенное естественных мощных орудий нападения – когтей, клыков и т.д. Поэтому в отличие от льва, например, у человека слабы естественные психофизиологические факторы сдерживания агрессии к себе подобным. Когда человек овладел первой технологией – технологией изготовления каменных орудий – ничто не мешало ему этими орудиями покалечить или убить своих ближайших родственников. Вероятно, во многих случаях так и было, но именно по этой причине особо агрессивные популяции Homo не могли оставить потомство.  Естественный отбор привел к тому, что дали потомство менее агрессивные популяции, которые сумели в своей культуре закрепить представление, что убивать родичей нехорошо. По мере роста технологий эффективность орудий уничтожения росла. Поэтому для поддержания равновесия отбор с необходимостью должен был совершенствовать и культурные сдержки проявления агрессии и просто различные формы проявления опасного и безответственного использования технологий.  Это положение известно как закон техно-гуманитарного баланса Назаретяна.  Поэтому гуманизм и этика отнюдь не являются априорными, данными людям «от века» или от Бога представлениями, но являются сохраняющими реакциями против разрушительного действия технологий, выработанных эволюцией Homo в ходе естественного отбора. Таким образом, гуманизм и этика являются естественным результатом действия законов эволюции.

Ясно, что проход эпохи сингулярности истории означает преодоление целого ряда глубочайших кризисов, прежде всего, техногенного происхождения.  Тогда, если эти кризисы действительно будут преодолены, то ясно, что колоссальный скачок должны совершить те сохраняющие реакции человечества, которые связаны с культурными сдержками разрушительной силы технологий. Если этого не произойдет, то человечество будет просто не в состоянии преодолеть эпоху сингулярности и так или иначе найдет способ самоуничтожиться. Специфический мощный скачок культурных сдержек разрушительного действия технологий в ходе преодоления кризисов эпохи сингулярности я буду называть постсингулярной гуманизацей.

Нетрудно представить себе по крайней мере некоторые из сохраняющих реакций, которые можно отнести к разряду постсингулярного гуманизма.

1. Должны быть выработаны очень эффективные механизмы сдерживания прямой агрессии. В противном случае цивилизация самоуничтожится в результате внутренних конфликтов, связанных с нарастающим дефицитом невосполнимых ресурсов и одновременным ростом эффективности и силы оружия.

2. Цивилизация должна внутри себя преодолеть явления типа корпоративного или государственного эгоизма и выработать планетарное мышление. Это связано с тем, что кризисные процессы вблизи сингулярности имеют существенно планетарный масштаб. Они могут быть преодолены только совместными усилиями всех при непрерывном достижении компромиссов.

3. В связи с исчерпанием невосполнимых ресурсов должны быть реализованы мощные культурные механизмы сдерживания материального потребления.

4. Необходим рост экологического сознания, возможно –  вплоть до превращения его в экологический социальный инстинкт.

Теперь хочу обратить внимание на одну особенность постсингулярного гуманизма. Любопытно, что уже сейчас гуманизация земной цивилизации в процессе поддержания техно-гуманитарного баланса находит непосредственное выражение в отношении человечества к космосу.

Достаточно распространенной точкой зрения является то, что едва человечество доберется до других планет, как оно немедленно всё там изгадит и попытается поскорее расправиться с местными формами жизни, подобно тому как это делалось, например, в истории колонизации Америки.  Однако эта точка зрения есть не более чем выражение поверхностного обыденного сознания, вроде представления о «постоянном падении нравов», так как многочисленные факты говорят об обратном. Вот только один пример.

Если на Марсе и есть жизнь, то ясно, что в самых примитивных формах. Казалось бы, по праву сильного мы должны думать только о собственной безопасности, и в случае малейших сомнений просто уничтожить ее.  В действительности же, уже начиная с самых первых марсианских программ, все посылаемые на Марс аппараты тщательно стерилизуются, чтобы, не дай бог, марсианской жизни не навредить. Существует много примеров подобного поведения.

Постсингулярный гуманизм вряд ли может существовать только «для внутреннего пользования» цивилизации. Эти качества должны проявляться и в отношениях с космосом, в чем бы эти отношения не выражались: космическая инженерия, контакт с неразумными или разумными формами жизни на других планетах и т.д.  Высокогуманистическая система внутри себя не может быть примитивно-агрессивной во внешних проявлениях. Таким образом, следует ожидать, что цивилизация, преодолевшая сингулярность, должна быть не просто гуманистической, но экзогуманистической, гуманистической в своих космических проявлениях. Можно сформулировать определение: Экзогуманизм – это система культурных сдержек техногенного разрушительного фактора планетарного уровня, с необходимостью имеющая продолжение в космической деятельности. Положение, к которому мы приходим, можно назвать гипотезой экспорта гуманизма. Содержание гипотезы сводится к тому, что постсингулярный гуманизм должен существовать в форме экзогуманизма.

Как я уже говорил, речь пойдет о гуманитарных представлениях, имеющих прикладной характер. Вот только один пример прикладного использования представления о постсингулярном экзогуманизме. В прессе достаточно широко дискутируется вопрос о том, не является ли попытка наладить контакты с инопланетными цивилизациями опасной? Вдруг более высокоразвитые цивилизации, узнав о нашем существовании, прилетят и завоюют нас. Тогда искать контакта ни в коем случае не следует, более того, земная цивилизация должна принять меры к самоизоляции.  На мой взгляд, это полная чепуха, так как представления о высокоразвитых агрессивных цивилизациях совершенно неправдоподобны. Они противоречат закону техно-гуманитарного баланса и гипотезе экспорта гуманизма, которые хорошо подтверждаются наблюдениями. Агрессивной цивилизации просто не дано преодолеть эпоху сингулярности истории. Здесь фактически начинает работать естественный отбор на уровне Галактики (войдя в эпоху сингулярности, и земная цивилизация явно включилась в этот галактический отбор). Любая цивилизация, преодолевшая фильтр эпохи сингулярности, будет распространять свой внутренний (и неизбежный в этой стадии) гуманизм на отношения со своими космическими соседями.  Немного упрощая, можно сказать, что существование высокоразвитых агрессивных цивилизаций противоречит законам эволюции.

Вот только пока трудно сказать, пройдет ли отбор эпохой сингулярности наша собственная, земная цивилизация. Можно лишь утверждать с определенностью, что во многом это будет зависеть от того, будет ли гуманизм нашей цивилизации углубляться и расти с достаточной скоростью. На это надо надеяться, и для этого стоит поработать. Не стоит забывать, что времени нам отведено, по-видимому, совсем немного – самое большее несколько десятков лет: эпоха сингулярности приходится на первую половину XXI века.


 Рис. 1. Наглядное представление сингулярности истории. По оси ординат отложено количество фазовых переходов в год, аппроксимированное просто как обратный промежуток между фазовыми переходами. По оси абсцисс абсолютное время фазового перехода, отсчитанное от точки сингулярности (приблизительно 2015 год).

 

"Вестник SETI", 2008. № 13/30. С. 31-40 .

 
  К началу страницы